Иван Ваненко - Тысяча и одна минута. Том 1

Вот – и женившись не оставил своей привычки по свадьбам ходить: а как хорошенько понаторел, как разузнал, как и где на свадьбе какой порядок ведется, то попал в такую знать, что все сами начали его в дружки звать.

Опостылил он за это всем деревенским бабам: без него, бывало, ни какая сваха и свадьбы не затевай, глядишь отобьет, и жениха с невестой сведет, и свадьбу смастерит, и. тут же сам дружкой сидит, Озлились на него бабы, совсем хлеб отбил разбойник! – Ну, мужское ли это дело, – все только плевали да ахали, как он бывало концы сведет! И проворен же был, пострел!.. Сватьбу ему бывало свертеть, как в иглу нитку продеть!..

Ну вот бабы за ум взялись, вместе собрались и положили между собою, во что ни стало, отвадить, отучить молодца свадьбы стряпать. А как это сделать, чтобы он носа не показывал на свадьбы вперед, что бы даже, где прилучится свадьба, бежал от тех ворот!.. выдумали старухи штуку злую, эхидную; пригадали такую вещь, что в пору иному подъячему; да, как бы вы думали? присудили всем сонмищем: выдать снова его жену за другова, и что бы он же тут сам заведывал пирушкою сам бы был и сватом и дружкою!..

А надобно вам еще вот что заметить, честные господа, оно хоть это известно всякому, да не всякому взапримету придет: буде кто женился да взял жену-бабу молодую, так уж смотри в оба: не часто по гостям гуляй, а почаще дома бывай: а не то, коли ей долго мужа заждаться придется, то того и гляди, что другой навернется!.. Так и над нашим Агапом стряслось, и ему довелось испытать такую же историю.

Там пир-свадьба, там поминки, там родины с крестинами, а там опять сватанье затевается; а Агап везде тут, как тут, бегает высуня язык, раскрывши рот, некогда и к жене завернуть от хлопот! Баба молодая, одно то, что скука одолела злая, а другое то, что все люди гуляют, веселятся… там свадьбу свели, там родили-крестили, а ее будто и позвать забыли, будто ей и нельзя веселиться, будто она лишняя спица в колеснице!.. «Чем же я других хуже?» и взяло ее зло на мужа…

Раз она сидит так да думает себе на уме: не пойдти ли к куме? не спросить ли совета, как бы ей уладить это, что бы ей быть не прочь от людей?.. Хоть бы дома завести знакомых да пожить веселей!..

Вышла за ворота, а на ту пору идет парень подле забора да зевает по сторонам.

«Видно ему скучно, одному несподручно, так же, как и мне, не пойду к куме, а позову лучше доброго молодца да на-досуге с ним покалякаю!»

Она смотрит на парня, улыбается, а он снял шляпу и кланяется. Так продолжая, он шаг за шагом к ней подошел, да слово-за-слово и речь завел… ну уж тут и пошли лады!.. Если молодой парень да сойдется с бабой молодой, да надосуге глаз-наглаз разговорятся, так не разольешь и водой, пегоде самим догадаться да скорей разойтись.

Кума, к которой было жена Агапа в гости пошла, видно и сама догадлива была, сама к ней в гости отправилась… Пришла. – Что за притча? вороты заперты!.. Что это значит: неужели Агап жену с собою взял?.. Кажись прежде он этого не делывал?.. Только глядь, – дай еще попытать, точноль вороты заперты – глядь, ан они изнутри щеколдой заложены… А, видно она дома да уснула со скуки! давай стучать.

Постучалась кума таки довольно, а домой не ушла: надо было проведать? что там делается.

Вот погодя немного дверь с надворья скрыпнула… Кума притаилась и слушает, а Агапова жена что-то такое чмок-да-чмок, да и молвила: «Ну, бегиж чрез плетень!» а сама к воротам пошла.

Отворила их; а кума и лезет к ней и целует, и обнюхивает, и спрашивает, все за один прием.

– Али заспалась, моя красавица?

«Да, Спиридонова, соснула-было; такая скука взяла.»

– Ну, за то видно сон хороший видела: вишь как глазки-то разгорелися!.. Да и сама как в огне.

А парень-молодец хотел было через тын перескочить, да не потрафил и повис, головою вниз, зацепившись кафтаном, да так там шумит, барахтается.

– Что это? – кума спрашивает, – то не сон ли твой все еще возится?

Вспыхнула бедняжка Агапова жена, еще лгать-то видно не в привычку было.

«Это, говорит, корову в огород пустила, так видно запуталась… Войди пока кума в избу, а я пойду отвяжу ее!»

Вошла кума, вернулась и жена Агапова.

– Ну, – говорит ей Спиридоповна, – видно ты не коровушку-буренушку, а козла в огород-то запрятала?.. а?..

«Что ты, кума, полно шутить, какой там козел!»

– Да вот я по привязке узнала, что тут рогатый придет…

Подняла кума с пола кушак да и показывает. Некуда деваться, пришло сознаться-покаяться…

«Только, говорит, никому не говори; а точно был знакомый один, да такой хмельной, что и кушак позабыл!»

И давай жена Агапова куму угощать, и тем и этим чествовать, словно и впрямь на свадьбе употчивала. Как пошла кума со двора, она ее и за вороты выпроводила, и все крепко на крепко наказывала про гостя хмельного дело на уме держать, а никому не сказывать.

Да, как бы не так, слово не воробей; сказано: бабий язык… да сами знаете!

Кума сей час всем кумам по секрету, которого у баб нету, всем рассказала, как размазала… из каждого слова, спеша да скороговоркою, вывела по речи с приговоркою!

А на ту пору это и прилучилося, как прежде сего сказано, что уже все старые бабы сговорилися Агапу насолить, его жену на другом женить. Так теперь они так радехоньки этой оказии, как голодной Кирюшка пудовой краюшке. А на ту беду где-то еще свадьба прилунилась, а ведь у нас свадьбы в деревне не то что у вас в селе: у нас, три дня пируют, да неделю голова с, похмелья болит; опять Агапу хлопот полон рот. Порается он на чужой свадьбе, а ему другую затевают недобрые…

Пристали все бабы старые к Агаповой жене: «смотри же ты, слушайся; выходи замуж за парня тебе милого, брось своего мужа постылого! Да пес ли в нем! он дня дома не живет, да и ночью нейдет, что тебе в самом деле мучиться!.. Ты после ничего не бойся: в другую деревню уйди; а Юрьев день наступит, так с молодым мужем можешь в любое место перейти!»

Делать нечего, баба согласилася; на время к куме переселилася; тут ее снарядили; одели так, что куда-те самой старостихе; а жених знакомый парень, что кума за козла почла, радехонек: по нраву ему пришла видно лепешка здобная, по вкусу попался мяса кусок!

Наш Агап на свадьбе званой пирует, а того не чует, что доведется попасть на незваную.

Сидит он вросхмель, уж третий день званой свадьбе идет!.. Шасть в избу старуха. «Батюшка, Агап Патрикеевичь, сделай нам честь, помоги концы с концами свесть!.. Сосватали мы было без тебя свадьбу, и снарядили совсем, и уже молодых к венцу ведем, а порядка никто не умеет дать, не знает где что делать и что сказать.»

Усмехнулся Агап; погладил бороду, потер усы: – «что, говорит, видно без меня не обойтись-таки!.. то-то и есть, говорил – отдавайте честь нашей милости! а без нас не будет толку и у вас!.. ну да пожди, старуха, горю пособлю; здесь почти управился и вас повеселю; так и быть, видно хоть в-мочь-не-в-мочь, а приходит добрым людям помочь!»

Выпил еще стакан вина и старухе велел поднесть; потом встал, с старыми молодыми раскланялся и к новым на новый пир отправился.

Там его и ждут; все готово, хоть сейчас подъезжай!.. Подходит к воротам – его и в избу не ввели, а прямо подводят лошадь верховую; он не поартачился, тотчас сел, и не взглянув на молодых поскакал порядок давать, поездом заведывать.

А на дороге, вестимо, встречного, поперечного угощать надо, как следует – это дело ведется самим дружкою; а дружка Аган, хоть и чует что слаб, а всеж себя чаркой не обносил, да уж под-конец так себя накотил, что насилу, насилу на копе сидел.

Как привезли молодых перевенчанных, дружка Агап стал их еще чаркой чествовать… да и всматривается… «Что за не добрая мать!.. Вишь, говорит, как замутило, так все жена в глазах и мерещится!.. А точно, не всеж и мне пировать, пора и домой побывать, чай жена дожидается!.. Видно шибко думает: вот-было я сейчас эту молодицу за нее принял!»

Пришел Агап домой больно употчиванный… Едва говорит вошедши в свою пустую избу… «Ну жена, не зажигай огня, не тревожь меня… завтра все расскажу, как пиры шли и прочее!..» Взвалился на лавку и захрапел на всю избу.

По утру хвать Агап жены, поразсказать как что деялось, ан некому!.. Туда, сюда… выскочил на улицу, а там стоят бабы да покатываются сосмеху, да пальцами на Arana показывают, и всю беду ему же вслух рассказывают.

Что делать бедняге?.. Он было с жалобою… Ап ему и сказано: – чтомол женатому так жить не показано, как ты жил; вперед от дому не бегай у пиров не ищи, свадеб не своди, домой чаще ходи!

Бедный Агап кой как добился, дожил до Юрьева дня, когда, знаете, в стары годы, мужички переходили на другие места, и с тех пор про него ни слуху ни духу!..

А все это правда была: старуха, что Агапа извела, она и пересказывала; да с тех пор, говорит, и пословица меж людьми идет, вот-те бабушка и Юрьев день!